На пороге стояла старуха. «Кто ты такой?» спросила она. «Откуда ты?». «Я из дальних стран», отвечал царевич. «Я сильно устал и измучился дорогой. Позволь мне, матушка, переночевать у тебя».

Старуха покачала головою. «Не могу я дозволить этого, сын мой, царь наш строго запретил чужеземцам останавливаться в стране. Спеши скорее уйти из города».

«Сжалься надо мною, матушка, пусти хоть на одну ночку! Теперь уж скоро стемнеет и дикие звери растерзают меня в пустыне».

«Нечего делать», вздохнула старуха, «оставайся сегодня ночевать, но завтра чем свет ты должен уходить, а то если царь узнает, что я приютила тебя, он велит схватить меня и посадить в тюрьму.

С этими словами она впустила его в дом, чему царевич был несказанно рад.

Старуха принялась было готовить ему обед, но он остановил ее. «Не трудись, матушка, у меня все найдется. Сумка, дай нам пообедать!» сказал он, постукивая по своей сумке и тотчас же перед ними появилось великолепное угощение на двух золотых блюдах.

Старуха и царевич сели вместе за трапезу.

Когда они кончили, женщина встала, чтобы идти за водою. «Не трудись, матушка», снова остановил ее царевич, «у меня и вода под рукою». Он достал свою чашу, сказал ей: «Чаша, дай воды!» и чаша тотчас же стала наполняться водою. Царевич крикнул: «Вода остановись!» и вода остановилась. «Вот видишь, матушка», сказал он удивленной старухе, «с этою чашею я во всякое время могу достать тебе воды; тебе незачем идти к колодцу».

Тем временем уже стемнело. «Отчего ты огня не засветишь?» спросил царевич.

«Нет надобности, сын мой», отвечала старуха. «Царь не велит нам освещать жилища, так  как с наступлением ночи дочь его, царевна Лабам, выходит из дворца и садится, на крышу. А она так сияет, что озаряет всю страну, и поля, и дома наши и мы при этом свете можем работать не хуже, чем днем».

И действительно, скоро царевна показалась на крыше. Одежда, ее сверкала золотом и серебром; волосы густою волною падали до самых пят, на голове красовалась повязка из жемчугов и алмазов. Царевна вся светилась тихим сиянием как яркий месяц и была так прекрасна, что ночь обращалась в день под блеском ее красоты. Днем, она никогда не выходила из дворца; она показывалась только ночью. Зато подданные отца ее с нетерпением ждали ее появления на дворцовой крыше и, озаренные ее волшебным светом, спешили закончить начатое днем дело.

Царевич спокойно сидел на пороге хижины и любовался царевною. «Как она прекрасна!» шептал он с восторгом. Царевна посидела некоторое время на крыше, потом встала и, удалилась в свои покои, где скоро заснула. Царевич тоже вошел в хижину, подождал пока старуха заснет, сел на постель-самолет и пожелал перенестись в спальню царевны. Он тотчас же очутился там. Царевна крепко спала среди своих прислужниц. «Сумка, мне надо бетеля, много бетеля!» шепнул царевич, и драгоценные листья мигом усеяли пол опочивальни. Царевич же спокойно вернулся в дом старухи. На следующее утро прислужницы царевны увидели листья и принялись с восторгом жевать их. «Где вы достали столько бетеля?» спросила удивленная царевна.

"Мы, нашли их у ложа твоего о, повелительница!» отвечали прислужницы. Никто не видал царевича и не знал откуда взялись благовонные листья.

Рано на следующий день старуха разбудила царевича.

«Утро настало», говорила она, «пора тебе уходить! Узнает царь, что ты тут, он посадит меня в тюрьму».

«Ох, матушка, дорогая, позволь мне еще денек остаться. Я не в силах встать, я совсем нездоров сегодня».

«Что же делать? Оставайся пожалуй». И он остался, и они опять пообедали вместе
из сумки и добыли воду из чаши.

Когда наступила ночь, царевна снова тихо засияла на крыше, а в полночь, когда все улеглись, она вернулась в свою опочивальню и крепко заснула. Царевич снова сел на свою постель и полетел к царевне. «Сумка, дай мне покрывало!» приказал он сумке и тотчас же в руках его оказалась великолепная тончайшая шаль. Он осторожно накинул ее на спящую царевну и вернулся в лачугу, где мирно проспал до утра.

На следующее утро царевна тотчас же заметила великолепное покрывало и очень обрадовалась. «Взгляни, матушка», сказала она матери, «это верно боги шлют мне в подарок. Откуда иначе могла взяться такая чудная шаль? Она слишком прекрасна для смертной?».

«О да, дитя мое, это верно подарок богов, согласилась мать.

Когда на следующее утро старуха напомнила царевичу, что пора уходить, он снова ответил ей: «Матушка, право я чувствую, что совсем еще болен». «Оставь меня еще на несколько дней. Никто не увидит меня, я не выйду из хижины». И старуха, которой очень приятно было иметь такого гостя, оставила его в покое.

Снова наступила ночь, снова царевна в пышном убранстве вышла на крышу и снова в полночь скрылась во дворце. Тогда царевич сел на постель-самолет и очутился около спящей царевны. «Сумка, кольцо мне!» шепнул он и в руках его оказалось роскошное кольцо. Он осторожно взял руку царевны и надел ей на пальчик кольцо.

Она тотчас же проснулась и с испугом взглянула на него.

«Кто ты такой? Откуда ты и зачем ты здесь?»

«Не бойся, царевна. Я не вор и зла тебе не сделаю. Я сын великого и мужественного царя. Попугай Хариман открыл мне твое имя и я бросил отца и мать, и поехал искать тебя».

«Если так», сказала царевна, «я не хочу, чтоб тебя убивали; я скажу отцу и матери, что ты сын великого царя и что я выбираю тебя своим мужем».

Царевич вернулся к старухе, а царевна утром же объявила матери: «Сын великого царя явился в нашу страну и я решила выйти за него». Мать пошла передать царю желание дочери.

«Хорошо», сказал царь, «я не препятствую, но кто желает получить мою дочь, должен сперва исполнить то, что я ему велю. Не сможет — пусть пеняет на себя, а я велю казнить его. Пусть дадут царевичу немедленно восемьдесят пудов горчичного зерна и пусть он выжмет из него масло в течение дня. Не поспеет — умрет с закатом солнца».

Тем временем царевич уже объявил старухе, что собирается жениться на царевне Лабам. Она пришла в ужас. «Несчастный», воскликнула она, «забудь свою
дерзостную мечту, беги скорее из нашей страны! Много царей и царевичей перебывало здесь; все они сложили головы за красу нашей лучезарной Лабам, всех погубил ее суровый отец. Он предлагает хитрые задачи ВСЕМ искателям ее руки, а задачи его невыполнимы и все платятся жизнью за свою смелость. И тебя, о сын мой, убьют, если ты не скроешься отсюда, не бросишь нелепой мысли». Так причитала старуха, но царевич и слышать ничего не хотел.

 

          

Добавить комментарий


Защитный код
Обновить